Сайт работает в beta-версии
Дух перемен живет на окраинах
04.10.2017
Антон Размахнин
04.10.2017
Дух перемен живет на окраинах

Архитектор Сергей Эстрин — об образе будущей Москвы и его эволюции

Зачем представлять себе, каким будет город через 10, 30, 100 лет? Ну, например, если я знаю, что через 20 лет личных автомобилей в городе не будет (к примеру! Всего лишь к примеру!), то я не буду тратить деньги на получение водительских прав. Иллюзия контроля над ситуацией – пусть иллюзия, но успокаивающая.

IngradMedia начинает серию публикаций, посвященных образу будущего Москвы – каким он был в разные эпохи. О том, как конструируется этот образ, мы спросили у столичного архитектора Сергея Эстрина. Сергей – коренной москвич, выпускник МАрхИ, успевший поработать как в советских, так и в постсоветских архитектурных бюро. Сейчас возглавляет собственное архитектурное бюро.

Какие у архитектора отношения с будущим? Чем он занимается — созданием будущего или решением каких-то проблем сегодняшнего дня?

– Архитектор – профессия, связанная с будущим, безусловно. Когда проектируешь здание – не стоит ожидать моментальной реализации своей работы. Результаты твоего труда предназначены другому времени.

Архитектура способна жить тысячелетия. Она всегда переживает своего создателя. Даже невнятная, уродливая постройка может простоять 50, 100 лет.  И архитектор сам не знает, в какой степени его работа будет определять образ города и его, архитектора, собственный образ. Получается, проектируя, нужно к любой работе относиться так, как будто она останется стоять долгое-долгое время. Никто не знает, какой именно проект станет твоей «визитной карточкой» спустя столетие. Ею вполне может оказаться ерунда, сделанная только ради заработка.

Из чего создается образ будущего в городе и кто участвует в его создании? Политики? Горожане? Архитекторы?

– Вопрос в том, в каком месте это будущее планируется. Москва будущего в пределах Садового кольца была создана в предыдущие эпохи. Можно ли представить себе Тверскую улицу, застроенную домами по проектам Фрэнка Гери, Захи Хадид или Даниэля Либескинда? Вряд ли. И это точно не будущее Москвы.

Удовлетворения от города лет 20 назад точно не было. Поменяли вектор на благоустройство,  появились зелень, подсветка, запрет на парковку, и теперь в теплый летний вечер город выглядит очень комфортным. Кто принимал участие в создании такого образа будущего/настоящего города? Строители? Политики? Сложно сказать. Архитекторы – сильно сомневаюсь.

За третьим кольцом начинается совсем другой город, разделенный на отдельные районы. Архитекторы здесь мало что определяют, нет четких норм, сообщество архитекторов, как мне кажется, практически не влияет на общественное мнение.

Архитекторы собираются, обсуждают и предлагают разумные вещи. Но как такового инструмента, с помощью которого можно было бы донести эти разумные вещи до тех, кто принимает решения – нет.

Должны возникать внятные инициативы от архитектурного сообщества, которые будут давать реальные результаты.

Архитекторы иногда предлагают выразительные, передовые, остроумные вещи, но заказывают в основном жилые комплексы. А будущее жилых комплексов все до одного видят одинаково – секционные многоквартирные дома. И чем это будущее принципиально отличается от настоящего и от того, что было в брежневские времена? Фасадом? Вся Новая Москва сделана из прямоугольничков с «бородавками» под кондиционеры! А типов домов в теории существует множество – галерейные, дуплексы, многоэтажные квартиры, пусть было бы 20 типов квартир в одном комплексе. Почему нет? Однако все приходят к тому, что 4 квартиры на этаже – это оптимально и максимум, что можно сделать – придумать фасад.

Ровно 100 лет назад была издана популярная серия футуристических открыток кондитерской фирмы «Эйнем» – «Москва будущего». Автор этих открыток представлял наш город многоэтажным мегаполисом с невероятными видами транспорта (например, массовой частной авиацией, эстакадными поездами и трамваями). Сейчас образ будущего, кажется, совсем другой – более гуманный и менее этажный, с хорошо скрытыми коммуникациями. Почему так произошло?

– Книги и открытки про будущее всегда будут издаваться. Раньше о будущем фантазировали не только футуристы, но и ученые, инженеры, которые пытались определить реальные векторы развития города. Большинство идей было связано с новыми видами транспорта – перемещением по воздуху, под землей. Задача будущего, как ее видели в прошлом – перемещать человека по городу с высокой скоростью. С развитием интернета и беспроводной связью задача отпала. Для того чтобы выполнить работу, в большинстве случаев, уже не нужно физически перемещаться. Информация пересылается мгновенно, человек уже не бежит, не едет, все, что нужно есть у него в компьютере. При этом некоторые открытки Эйнем отражают сегодняшнюю реальность в том, что касается архитектуры. Здания с этих открыток – их этажность, масштаб, расстекловка – воспринимаются сегодня нормально. Получается, то, что касается архитектуры, сбылось в большей степени чем то, что касается транспорта. Никаких летающих такси. Весь транспорт ходит только по земле и под землей.

Почему сегодня мечтают об уменьшении плотности застройки? Да потому что в теории плотность можно увеличивать до бесконечности – до состояния застройки в Китае, где до соседского балкона из дома напротив можно дотянуться рукой со своего балкона. Но покажите пример того городского проекта, где увеличение плотности приводит к гуманному результату! Где жилое здание в 17-30 этажей при плотной застройке  дает положительные эмоции жителям района?

Нынешние мечты о будущем – невысокие дома, невысокая плотность застройки. В такой огромной стране, как наша, очень хочется разбавить эту плотность – потому что место есть.

Как меняется московский образ будущего сейчас – в последние пару десятилетий? В чем вы видите его развитие?

– Как я уже говорил, образ будущего города сейчас связан не с центром Москвы. Центр, как мне кажется, максимально приближен уже к «будущему». Двадцать лет назад город ассоциировался с подгнившими цоколями, грязью, сквозняками, с серым цветом. Сегодня Москва – город чистый, безусловно, более комфортный, появилось множество кафе, где можно посидеть на веранде в хорошую погоду и спрятаться от непогоды зимой. Торговые центры стали местом проведения досуга. В городе все время происходят интересные события, выставки, лекции, концерты. Тебе уже не нужно на выходные ехать на дачу и есть шашлыки, можно остаться в Москве и провести время гораздо интереснее. Вечерняя подсветка в Москве, наверное, одна из самых прогрессивных в мире. Словом, мы уже живем в будущем. И образы будущего теперь касаются уже отдаленных от центра районов города.

Что можно сделать, если образ будущего, который предлагается мейнстримом, не устраивает? Как его изменить – или хотя бы попробовать?

– Один архитектор вряд ли может что-то изменить. Мне, например, хотелось бы, чтобы деление города  на спальные и деловые районы было не таким жестким. Промышленности в Москве нет и, наверное, уже не будет. Освободившаяся площадь должна застраиваться всем, а не только бизнес-центрами или жилыми домами. Каждая часть города должна иметь свою мощную инфраструктуру, чтобы каждый фрагмент был комплексом. Это мог бы быть путь по увеличению разнообразия города, которое необходимо. Когда все районы похожи – это плохо и бесперспективно. Как это сделать? Нужно донести эту мысль до девелоперов и различных разрешающих органов. Тогда город за пределами Третьего кольца будет интересен не только тем, кто приезжает ненадолго заработать, но и образованным и обеспеченным людям, которые понимают, что комфорт начинается не с подъезда твоего дома, а гораздо дальше.